Подросток с алекситимией слышит в «дурноте» дурака, а в «подкашиваются» кашу

Невролог или психолог спрашивает четырнадцатилетнего пациента о головокружении словами опросника. Бывает ли дурнота? Подкашиваются ли ноги? Шумит ли в ушах? Подросток отвечает невпопад, и в карте пишут «нет». Лингвист Е. А. Горобец из Казанского федерального университета проверила, как такие слова понимают подростки с высокой алекситимией. Алекситимию автор описывает как особый когнитивный статус: трудно разобрать свои ощущения и чувства и назвать их словами.

Свои слова и слова опросника

Работа лингвистическая. О метафоре в ней речь заходит один раз, когда автор разбирает тошноту. Участвовали 100 подростков от 13 до 17 лет: 50 с высокой алекситимией и 50 с низкой, для контроля. Сначала их просили описать головокружение своими словами. Затем давали дескрипторы из взрослого опросника, составленного раньше в КФУ, и спрашивали, что значит каждое слово и подходит ли оно самому подростку.

Своими словами головокружение описали 42 подростка из контрольной группы и 34 из группы с высокой алекситимией. Остальные отказались: не знали, как описать, или не испытывали такого. Готовые слова объяснить не отказался никто. Чаще всего звучало: «Головокружение – это когда голова кружится». После наводящих вопросов обычно выяснялось, что подросток описывал что-то другое. В обеих группах головокружение прежде всего означало страх упасть.

Дурнота, пустота и подкашивающиеся ноги

Подросткам с высокой алекситимией само слово «головокружение» почти ничего не говорит. Вращение они описывают легко и называют его направление. Не соглашаются, что вращается тело, а не голова: «потому что называется головокружение, а не телокружение».

С остальными словами труднее. «Ноги подкашиваются» верно объяснили 16 подростков из 50, семеро связали глагол с кашей. «Дурноту» значительная часть группы поняла как дурной поступок или глупость: «Дурнота – это низкий у кого-то интеллект. Или ведет себя кто-то не так, выбивается. Как это можно испытывать, когда голова-то кружится?» (П., 15 лет). «Пустоту» относили к космосу, пустыне или пустой комнате.

Тошнота в двух группах

«Тошнота – это скука! Вот когда зададут семь уроков на завтра, это тошнота», – объясняет Р., 15 лет, из группы с низкой алекситимией. Автор называет такое употребление метафорическим переносом. У подростков с высокой алекситимией его нет. Тошноту они связывают с животом: «Тошнота – болезнь живота. Когда руки не моют люди или вредные продукты поедят. Их тошнит поносом» (Д., 14 лет). Большинство из них толкует это слово неверно, но, по мнению автора, скорее потому, что не знает его, чем потому, что не испытывало тошноты.

Опросник на языке подростка

Из работы вырос опросник для подростков с высокой алекситимией. «Дурноты», «пустоты» и подкашивающихся ног в нём нет. Подросток отмечает «слабость в ногах, страх упасть» или «заторможенность». В пункт «общее плохое самочувствие» укладывается состояние, когда подросток не различает, тошнит ли его, хочет ли он есть или ему плохо из-за одноклассников. Пункт отмечает, что подростку плохо, и не требует уточнять, как именно.

«Дурнота» и «ноги подкашиваются» давно стали стёртыми метафорами. Взрослый не слышит в них ни дурака, ни косы, которой подкашивают траву. Подросток с высокой алекситимией слышит: читает слово буквально или цепляется за созвучное слово. Поэтому странный ответ не всегда значит, что ощущения нет. О тошноте автор так и пишет. Про шум в голове она, наоборот, считает, что опыта, вероятно, не было.

Прежде чем записать «нет», стоит попросить подростка объяснить слово. Если дурнота у него про дураков, вопрос задают другими словами: кружится ли голова, страшно ли упасть, слабеют ли ноги. Отметки в нескольких блоках нового опросника друг другу не противоречат. Типы головокружения могут сочетаться.