Ребёнок, родившийся через пять лет после цунами, чаще выходит за клинический порог, если у матери остались симптомы травмы
- В японской когорте из 21 656 пар «мать – ребёнок» оценили, связаны ли оставшиеся у матери реакции на землетрясение 2011 года с поведением ребёнка, родившегося в среднем больше чем через пять лет после бедствия.
- При одном-двух симптомах у матери шансы ребёнка выйти за клинический порог по общим проблемам выросли: отношение шансов 1,38 (95% ДИ 1,11–1,72) в 2 года и 1,37 (1,10–1,71) в 3 года.
- При трёх-четырёх симптомах отношение шансов для интернализации составило 1,87 (1,29–2,71) в 2 года и 1,77 (1,27–2,47) в 3 года. Экстернализация в 3 года значимости не достигла: 1,36 (0,94–1,97).
- Доля двухлеток выше порога по общим проблемам составила 5,61% у матерей без симптомов, 8,80% при одном-двух симптомах и 12,05% при трёх-четырёх.
Через год после родов матерям задали четыре вопроса о землетрясении 11 марта 2011 года. Бывали ли за последнюю неделю непрошеные воспоминания или сны о бедствии? Расстраивает ли то, что о нём напоминает? Откликается ли мысль о нём в теле? Обходите ли вы места и людей, которые о нём напоминают? Сами дети землетрясения не застали. Между бедствием и родами прошло в среднем больше пяти лет.
Данные взяты из когорты TMM BirThree университета Тохоку. Беременных набирали в 50 клиниках пострадавших районов северо-востока Японии с 2013 по 2017 год. Женщин с депрессией или ПТСР до землетрясения исключили. Поведение детей в 2 и 3 года матери оценивали по японской версии CBCL/1½–5, исходом считали выход за клинический порог. Ни одного симптома не отметили 11 297 матерей, один-два назвали 1 489, три или четыре назвали 332.
Авторы учли текущий дистресс матери, бессонницу, изоляцию, доход, ущерб жилью и потери в бедствии. Связь сохранилась. С числом симптомов она росла, и тест на тренд дал значимый результат для четырёх исходов из шести. Но и при одном-двух симптомах отношение шансов держалось от 1,21 до 1,38 по всем шести исходам.
Граница «в порядке» у родителя
Смотреть я бы стал не на 332 женщины с тремя-четырьмя симптомами, а на 1 489 с одним-двумя. На первичном приёме такая мать выглядит благополучной. Жалоб нет, диагноза нет, направлять её некуда. А её двухлетний ребёнок выходил за порог по общим проблемам в 8,80% случаев против 5,61% у детей матерей без симптомов.
Отсюда вопрос к собственной практике: где мы проводим черту нормы у родителя? Единичный стойкий симптом можно записать как «без особенностей». Речь о непрошеном воспоминании или привычке обходить напоминания. А можно прочитать его как сведение о среде, в которой растёт ребёнок. Спросить родителя о давней катастрофе или потере имеет смысл, сколько бы лет ни прошло. С одним-двумя симптомами уже можно работать.
Даже один-два стойких симптома у матери, о которых на приёме обычно не спрашивают, связаны с тем, что ребёнок, не заставший землетрясения, чаще выходит за клинический порог.
Исследование наблюдательное, о причинах авторы не судят. Симптомы матери оценены четырьмя вопросами, составленными для этой когорты без внешней проверки, а поведение детей описывали те же матери.
- межпоколенческая травма
- землетрясение
- материнский стресс
- поведение детей
- Япония