Привязанность при тяжёлой депрессии смягчается, но симптомы ведёт не она
- 198 взрослых с острой тяжёлой депрессией лечились 7 недель схема-терапией или КПТ в стационаре и дневном стационаре; через 6 месяцев тревожная и избегающая привязанность и подавление экспрессии снизились, когнитивная переоценка выросла.
- Схема-терапия и КПТ не различались по влиянию ни на один из четырёх показателей.
- Изменения привязанности и регуляции эмоций не предсказывали, что депрессия затем ослабнет, и не переносили эффект терапии на симптомы.
- Для регуляции эмоций порядок оказался обратным: сначала снижалась депрессия, потом росла переоценка и уменьшалось подавление.
Схема-терапия относит здоровую привязанность к базовым потребностям человека. Логика понятна: станет привязанность спокойнее – отступит и депрессия. Группа из Института психиатрии Макса Планка в Мюнхене проверила это на данных рандомизированного исследования OPTIMA. Работа – предрегистрированный вторичный анализ, основной вопрос OPTIMA был о том, насколько хорошо работают обе терапии.
Кто лечился и как
В исследование вошли 198 взрослых, набирали их с 2017 по 2020 год. Схема-терапию получили 97 человек, КПТ – 101. Программа длилась 7 недель: две групповые и две индивидуальные сессии в неделю, параллельно – препараты и трудотерапия. Привязанность оценивали по опроснику стилей отношений (RSQ): «страх близости» отражал избегание, «страх разлуки» – тревогу. Регуляцию эмоций измеряли опросником ERQ, депрессию – шкалой BDI-II.
Порядок изменений
Средний балл BDI-II упал с 31,3 до 16,23 к концу лечения и до 15,21 через полгода. Депрессия из тяжёлой стала лёгкой. Обе формы привязанности смягчились, разницы между терапиями не нашлось.
Однако то, что привязанность смягчилась, не предсказывало, что депрессия потом ослабнет. Посредником эффекта терапии оно тоже не было. По факторам Байеса данные в 4,98–38,46 раза лучше согласуются с отсутствием такой связи, чем с её наличием. Каждого пациента в моделях сравнивали с ним же самим и смотрели, что сдвигается раньше.
С регуляцией эмоций связь нашлась, но обратная. Сначала уходила депрессия, к концу лечения росла переоценка. Через полгода уменьшалось подавление. Авторы заключают: навыки здесь меняются вслед за симптомами, а не тянут их за собой. Для привязанности надёжной связи с симптомами не обнаружили ни в одну сторону.
Сначала настроение
Для острой фазы тяжёлой депрессии отсюда следует конкретный вывод. Первые недели терапии не стоит строить вокруг переработки привязанности. Сначала – настроение: активизация, режим дня, препараты, если их назначил врач. Работу с привязанностью лучше поставить в план позже, когда человек менее подавлен и способен ею воспользоваться. От неё не отказываются, её переносят. Авторы выдвигают похожую гипотезу: навыки регуляции, возможно, стоит закреплять, когда симптомы уже начали отступать.
При острой тяжёлой депрессии первой отступает сама депрессия, а навыки регуляции эмоций подтягиваются уже вслед за ней.
Авторы называют несколько ограничений. Интенсивная программа с препаратами и трудотерапией могла скрыть собственный вклад каждой психотерапии. Интервалы между замерами неравные, в середине лечения привязанность не измеряли. Семи недель может не хватить, чтобы техники схема-терапии изменили привязанность. Для сложной модели выборка мала: заявленная в предрегистрации модель не сошлась, и авторы перешли к байесовскому. Выводы относятся к пациентам стационара с острой тяжёлой депрессией.